Шестой и Главный

Посвящаю моей маме

Второго свидания с Референтом М у меня не получилось. Когда я взялся за ручку двери уже знакомого ресторана, пришла смс:

«Срочно возвращайтесь в Санкт-Петербург. Поезд 006А, вагон 6, место 6. Отправление 22.50».

Без подписи. Просто время и место. Почему-то поезд. И на душе как-то сразу стало хреново и противно. И руки вспотели.

Я развернулся и поехал на Ленинградский вокзал. Где поужинал в привокзальном ресторане. А потом сел на поезд.

Симпатичная проводница проводила меня в купе. Принесла бельё, предложила чай. Бельё я взял, от чая отказался.

Сел у окна и стал смотреть на перрон. Который постоял-постоял, да и поехал назад. Колёса стучали на стыках: тук-тук, тук-тук.

Я выглянул в коридор. Вагон был полный. Кроме моего купе. В котором я ехал один. Послонялся по тесному помещению, сел.

Дверь со стуком открылась. Вошёл Главный. Маленький, седой. Глаза ослепительно василькового цвета. Строгий костюм, дорогие кожаные туфли. В руках светлое пальто и фетровая шляпа.

Он бросил пальто и шляпу на верхнюю полку. Сел напротив меня.

- Здравствуйте, - сказал я ему.

- Привет, - усмехнулся Главный, - мог бы для приличия и привстать, когда я вошёл.

- Да тут места мало, - промямлил я. - Куда тут вставать-то?

В дверь постучали. Вошла проводница. Поставила на столик два стакана с чаем в серебряных подстаканниках и удалилась.

Посидели, попили горячего чаю. Колёса стучали: тук-тук, тук-тук.

- Что случилось? - не выдержал я.

- Фроловы, - ответил Главный, - ты не закончил работу. В результате Игорь в глубоком запое, Аня с ребёнком у папы. Собираются разводиться.

- Позавчера же было всё нормально, - воскликнул я.

- А вчера Семён Семёныч устроил вечер по случаю своей помолвки, - начал рассказывать Главный, - на котором он споил зятя и спровоцировал того на пьяную драку. Свидетелем этих разборок были Аня и Алексей. У ребёнка психологическая травма. Он всю ночь не спал. Аня отпросилась с работы, Игорь не отпрашивался. Он просто пьёт и спит.

- Ну я же не могу всю жизнь за ними приглядывать, - огрызнулся я, - тем более у меня новое задание должно было поступить сегодня.

Главный как-то грустно посмотрел на меня, хлебнул из своего стакана. Помолчал.

- Шестой, ты Ангел-хранитель. Ты должен был довести дело до конца, - наконец-то сказал он, - а вместо этого ты срываешься на свидание с Референтом М. Я уже не говорю про то, что ты толком-то дело не изучил.

- Я изучал, - покраснел я, - честное слово.

- И что ты там изучил? - глянув мне в глаза, спросил Главный. - Что? Ты в курсе, что отец и дед Игоря были хронические алкоголики?

- Так он же не пил раньше, - сказал я.

- Раньше не пил, потому что всё было хорошо, - ответил Главный, - а как трудности начались, он сразу к бутылке потянулся.

Колёса стучали: тук-тук, тук-тук.

- А как ты с Семёном Семёнычем поступил? - продолжил главный. - Взял и женил на его собственной секретарше, отправив в путешествие на моря. Вместо решения проблемы с тестем ты просто убрал эту проблему на время. И потом свалил.

- Я думал... - начал было я.

- Мне плевать, что ты думал, - прервал меня Главный. - Ты не головой думал, а не пойми чем. Ладно, Референт М, она женщина. Но ты-то. Ты же, мать твою, Ангел.

- Её накажут? - спросил я. - Она не виновата, это я во всём виноват. Начал с шутки, а потом пошло-поехало.

Главный откинулся на спинку дивана и принялся разглядывать меня, как какое-то неизвестное науке насекомое.

- Я ему про срыв задания, а он мне про какого-то референта, - возмущённо сказал Главный, - выговор я ей влепил. И перевёл в другой отдел. Всё, забудь про неё.

- Хорошо, - выдохнул я, - а со мной что будет?

- Вначале косяки свои питерские разгребёшь, - прищурился Главный, - хотя там уже и разгребать нечего, судя по всему. Так что твоя задача по возможности объяснить каждому, что они делали неправильно, и попытаться как-то сгладить всё. А после этого ты отстраняешься от оперативной работы.

- Надолго? - спросил я. - И что я делать буду? Если не на оперативной.

- Надолго, - ответил Главный, - будешь методички составлять. Классификация мужчин и женщин. Их основные виды поведения. Расшифровка сокращений. А то даже я уже запутался в ваших РГМ и СДС. Сленг сплошной. Люди всё те же. Поведение всё то же. А слова новые.

- Эволюция, - тихо сказал я.

- Аха, ты мне ещё про Дарвина расскажи, - услышал меня Главный, - я посмеюсь.

Колёса где-то внизу всё так же стучали: тук-тук, тук-тук.

- Елена! - вдруг гаркнул Главный.

Дверь в купе открылась. На пороге стояла проводница.

- Остановите поезд, я выйду, - распорядился Главный.

Проводница кивнула и скрылась. Поезд начал замедлять ход.

- Всё, - сказал Главный, - я тебе задание дал. Выполнишь и доложишь. Потом лети в свою берлогу и пиши методички. И подумай, хорошенько подумай. Головой. А не другим местом.

Он встал. Поезд остановился. Я помог Главному надеть пальто.

- А у остальных моих подопечных всё в порядке? - спросил я, когда он был уже в дверях.

Главный повернулся ко мне.

- У остальных всё более-менее нормально, - сказал он, вздохнув. - Я, правда, был немного ошарашен, когда ты вдову к самоубийце отвёз жить. Ещё тогда тебя надо было одёрнуть. Но, на удивление, они нашли друг друга. Живут в любви и согласии. Об общем ребёнке вот задумались.

- Рад за них, - сказал я, - до свидания.

- До свидания, - буркнул Главный и потопал по коридору вагона на выход.

Я выглянул в окно. За ним было заснеженное поле. Вдали темнел лес. Светила луна. Поезд дёрнулся и начал набирать ход. Тук-тук, тук-тук, - застучали колёса.

Мы медленно проехали вдоль тёмной фигуры, стоящей около путей. Я помахал Главному рукой. Он махнул мне в ответ.

Утром я приехал на уже знакомый мне Московский вокзал. Злой и невыспавшийся.

Доехал до Поэтического бульвара на такси. Вошёл в подъезд. Поднялся на этаж.

Минут 15 колотил в бронированную дверь. Даже соседи напротив выглянули на устроенный мной шум и пообещали вызвать полицию.

- Вызывайте, - бросил я им через плечо, - заодно о конопле поговорите. О способах её выращивания в домашних условиях.

Соседи мгновенно захлопнули дверь. Зато та дверь, в которую я безуспешно ломился, внезапно открылась.

На пороге стоял Игорь. В трусах и замызганной майке. Из недавно отремонтированной квартиры несло вонью. Игорь был пьян.

- Шестой? - промычал он. - Ты какого тут?

Я схватил Игоря за грудки, шваркнул его о стенку и потащил в ванную комнату. На пороге которой поскользнулся на засохшей блевотине.

Засунул слабо сопротивляющееся тело в ванну, включил холодный душ. Игорь истошно заорал. И попытался выбраться из чугунного плена.

Но я его не пустил. Одной рукой держал за плечи, а другой поливал студёной водой. Игорь поорал-поорал и затих.

Я выключил воду, кинул Игорю полотенце.

- Жду тебя на кухне через минуту, - сказал ему, - если не появишься, вернусь и продолжу процедуру.

На кухне было более-менее чисто. Пил Игорь, судя по всему, в комнате.

Я сел за стол. Заглянул в чайник. Пусто.

Зашёл Игорь, вытираясь полотенцем. Сел рядом.

- Ты же обещал не пить, - сказал я ему.

- Это всё тесть, - хрипло сказал Игорь, - он меня всю дорогу задирал. А потом просто привязался. Выпей да выпей за здоровье сына.

- Заткнись, - прервал я его, - слушать противно. Все у тебя виноваты, кроме тебя одного. Тебе надо было просто не пить.

 

...